Последствия психологической травмы

Последствия психологической травмы
 

Психологическая травма – это момент крайнего дискомфорта и напряжения, когда мы не смогли по тем или иным причинам воспользоваться своими ресурсами и отстоять свою целостность. Об особенностях формирования психологической травмы и ее последствиях рассказывает психолог Юлия Чекрыгина.

Если смотреть глобально, то психологическую травму может нанести как физическое повреждение (перелом, ушиб, ранение), так и психологический стресс (смерть близких, война, катастрофы, серьезные проблемы на работе, разногласия в семье). Вплоть до таких ситуаций: девушка собирается на свидание и вдруг обнаружила, что ее любимая помада закончилась – для нее это определенный ступор, кризис. «Как это? С ней я была бы неотразимой!» Образ не закончен, необходимо менять туфли, юбку и т.д.

Девушки очень болезненно переживают такие, казалось бы, незначительные происшествия. Другими словами все, что вырывается за рамки привычного круга событий, способно нанести психологическую травму, которая откладывает сильный отпечаток на психике, на внутреннем эмоциональном состоянии. Психика человека может быть восприимчива, а может быть устойчива.

Устойчивость психики

Человек может воспринять чужую травму как свою, настолько близко пропустить ее через себя, что будет переживать не меньше носителя. Соответственно у него тоже начнут проявляться признаки психологической травмы. А обладатель более устойчивой психики просто выслушает человека и поможет в пределах своих возможностей.

Симптомы психологической травмы делятся на два типа: эмоциональные и физические. К эмоциональным симптомам относится сильная тоска, депрессия, чувство одиночества и безысходности, при котором ты не хочешь ничем заниматься. Если рассматривать глубокую депрессию, то человек, находясь в ней, не хочет даже чистить зубы, умываться, делать какие-то повседневные вещи, при выполнении которых он никогда не задумывался о том, что вообще можно перестать это делать.

Такое состояние также характеризуется тем, что человек не может ни на чем сосредоточиться, сконцентрироваться, у него появляется много страхов после пережитой травмы. Ключевое здесь — отсутствие мотивации, желаний, целей. На самом деле, понятие депрессии гораздо серьезнее, чем принято об этом думать. Люди часто любят говорить: «А, у меня депрессия». Но настоящая депрессия наступает тогда, когда ты ничего не хочешь: просто лежишь и чувствуешь себя овощем.

Вероятность получения травмы не зависит от возраста? Можно сказать, что в детстве, например, мы более уязвимы?

Вы знаете, есть такое мнение, что психологическая травма переходит по наследству, вернее не сама травма, а психологическая травмированность. Если психика родителя травмирована, то с большой вероятностью он не сможет дать ребенку полноценное воспитание. Проводились исследования (естественно, результаты подвергались сомнению и критике), и есть научные доказательства того, что большое количество детских самоубийств происходит именно в тех семьях, где родители получили глубокую психологическую травму или пережили тяжелые потрясения.

То есть люди, чья психика серьезно пострадала, не способны дать ребенку все необходимое для его психологического благополучия. В детском возрасте мы воспринимаем мир тактильно, на уровне ощущений. Ребенок чувствует малейшее изменение состояния матери, при этом не важно, кормит она его грудью или нет. Каналом передачи информации служат прикосновения: и если мама нервничает, то дите обязательно это почувствует.

Можно ли сравнить процесс получения психологической травмы с переломом руки? То есть может ли причиной травмы служить единичное событие, а не ряд каких-то событий (постоянное насилие в семье)?

Я думаю, что насилие в семье это в принципе травма вне зависимости от количества актов. Здесь сложно говорить о том, после какого случая человек получил травму: первого или последнего. После последнего случая некоторым начинает нравиться, и психика у них разворачивается вообще в другую сторону. Именно так потенциально здоровые люди становятся маньяками, педофилами или теми, кто любит причинять боль другим.

Выявление такого рода глубоких травм чаще происходит в процессе классического консультирования (психоанализа), который подразумевает тщательное рассмотрение именно детско-родительских отношений: не происходило ли у человека чего-либо в детстве?

Процесс выглядит так: в детстве получена травма, человек с ней живет, где-то очень глубоко она его тревожит, а потом под воздействием стресса ситуация обостряется, и человек впадает в депрессию?

На самом деле все очень индивидуально. Если в процессе терапии выясняется, от чего конкретно он опустился в депрессию, то, возможно, да. Вместе с тем, это могут быть как детско-родительские отношения, так и совершенно разные жизненные ситуации, которые сильно повлияли на человека, вплоть до неосторожно оброненных близкими людьми фраз и безобидных поступков.

Какого рода травмы характерны для мужчин и для женщин?

Четкого разделения нет, это скорее зависит от восприимчивости конкретного человека. Есть очень эмоциональные, восприимчивые мужчины. Соответственно, такой человек может ухватиться за чью-то травму и принять ее слишком близко — это называется нашей проекцией друг на друга. Симптомы, которые характерны людей с травмированной психикой, проявляются у мужчин и у женщин практически в равной степени. Очень часто женщины приходят с неуверенностью в себе. Изначально это звучит так, но потом мы разбираемся и понимаем, что именно за ней стоит.

А тот факт, что женщины более эмоциональны, влияет на их уязвимость?

Эмоциональность женщины — это не хорошо и не плохо: она выплеснула свои эмоции и пошла дальше, не взяв их с собой. А мужчина кипятит их в своей голове, пропускает через себя, они сидят у него внутри. И не известно, что лучше: выплескивать все наружу или держать в себе. Если посмотреть на статистику, то я бы не сказала, что ко мне приходит больше женщин, чем мужчин, поэтому здесь сложно говорить о сильной уязвимости слабого пола.

Можно ли окончательно избавиться от психологической травмы?

Я не Бог и не чародей, поэтому в ходе работы с человеком я не могу обещать, что у него все пройдет, как после взмаха волшебной палочки: «Встань и иди, у тебя все хорошо, ты все забыл!» Глобально, есть два направления работы. Первый путь – классическое консультирование, когда ты разбираешь суть проблемы и копаешься в ней, возможно углубляясь в родительско-детские отношения.
Такой путь может растянуться на несколько лет и быть очень трудоемким, финансово затратным. С другой стороны, есть краткосрочная терапия. К примеру, у человека есть сильное чувство тревоги и страха, которое держит его в постоянном напряжении, и усилия в этом случае будут направлены на ослабление такого чувства. Возможно, оно не уйдет совсем, но именно эту напряженность можно попробовать снять, чтобы у человека появились силы идти дальше, работать, ставить себе цели, живя с этой травмой.

То есть травма блокирует ресурсы человека, а краткосрочная терапия помогает отодвинуть этот блок, полностью убрать который невозможно?

На самом деле, как бы банально это не звучало, время действительно лечит. И когда умирает близкий человек, любые слова психолога, каким бы профессионалом он не был, о том, что необходимо забыть о своей потере, ничего кроме возмущения не вызовут. Понятно, что это абсурд, и, выйдя после сеанса психотерапии, человек ни о чем не забудет. Но психолог может помочь научиться жить с травмой.

Я всегда предлагаю человеку самому выбрать, каким путем мы пойдем, спрашиваю, чего он хочет достичь, какая цель привела его к психологу. Цели, на самом деле, бывают разные: вплоть до того, чтобы просто излить душу, когда человек приходит, рассказывает, часто плачет при этом. Кстати, с древних времен слезы были признаком того, что горе уходит, и чем больше и обильнее ты плачешь, тем тебе легче.

Жалобщики

Людей, которые приходят исключительно ради того, чтобы выговориться, а не работать над своей проблемой, называют «жалобщиками». У меня был опыт работы с таким человеком. Первая встреча, вторая, третья — женщина постоянно рассказывала мне о том, каким нехорошим мужчиной является ее супруг, что повсюду ужасные люди, никто ее не понимает и т.д. На четвертую встречу она пришла с уже заранее приготовленным текстом – принесла свой дневник, где все было изложено в письменном виде.

Как психолог, я не хочу брать деньги с людей ни за что, поэтому на очередной встрече я ее аккуратно остановила и спросила: «А что вы хотите от меня?» На что она мне ответила: «Подожди, я еще не все рассказала». Так проходило наше знакомство. Потом, я так думаю, она решила посоветоваться со своей подругой, которая сказала ей примерно следующее: «Да у тебя какой-то левый психолог, она тебе вообще не помогает!»

На очередной встрече я попадаю под шквал обвинений и замечаний относительно своей работы: «Как это так, что же это такое? Прошло уже 4 встречи, а воз и ныне там!» После этой гневной тирады мы начали с ней разбираться и выяснили, что именно причитания, обвинения приносили ей истинное наслаждение, а работать над улучшением ситуации она, в общем-то, и не хотела. Только после этого признания мы смогли перейти к качественной, плодотворной работе над ее проблемами.

А какой психологический эффект приносит выговаривание?

Представьте ситуацию, когда человек бежит, бежит, он запыхался, началась отдышка, и ему необходимо остановиться, наладить свое дыхание. Наверное, можно провести такую параллель. Человеку становится гораздо легче, когда он выдыхает, делится, а не держит эти эмоции в себе. Когда ты рассказываешь о своих проблемах, даже на физиологическом уровне ты чувствуешь, что сбросил с себя какой-то груз.

Психолог Юлия Чекрыгина

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *